Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

9

мать, и отец, и бабушка Волк да в школе приятели, в голубином клубе, да вон Юрка-брат.

        -  И  Юрка-брат,  и  мать, и отец, а все равно один ты на этом свете. Понимает ли тебя кто-нибудь?

        -  Да  вон  Юрка-то брат, - сказал Крендель, показывая на меня. - Чего ж ему не понять?

        -  До  глубины  души  понимает  он  тебя, Юрка-то брат? - допытывался Жилец.

        - А чего ж ему не понять?

        Я ему головой киваю: еще бы, дескать.

        -  Нет,  милый,  - сказал Жилец. - Не понимает он тебя, и никому тебя не понять - не только Юрке-брату.

        Я и вправду ничего не понимал, а только глядел на Жильца.

        Но  тут Крендель, которого никто не понимает, прищурился, подошел поближе к Жильцу и сказал:

        - Где монахи?

        - Какие монахи?

        - Которых вы увели.

        - Я? Монахов? - вскипел Жилец. - Что вы дурака валяете?!

        -  А  это что такое, гражданин? - сказал тогда Крендель и поднес к самому носу Жильца голубиное перо.

        Жилец слегка покраснел, взял в руки перо, дунул на него и сказал:

        - Ах это! Ну, это - виноват.

          Четырнадцать подушек

        - Виноват, - сказал Жилец, и тут же мне стало стыдно.

        Был  Жилец  как Жилец - Николай Эхо, и до самой последней минуты  я был уверен, что он не брал голубей. А теперь, как ни крути, надо было посмотреть ему в глаза.

        - Виноват, - повторил Жилец. - Они под кроватью.

        Крендель упал на колени и заглянул под кровать.

        - Что такое? - сказал он. - Здесь ничего нету.

        -  Как  нету?  -  возразил  Жилец,  нырнул  под кровать и вытащил оттуда плоский деревянный чемоданчик.

        - Что это? - вздрогнул Крендель, и глаза его расширились.

        -  Чемодан,  -  объяснил  Жилец.  -  Вы  уж меня простите великодушно.

        Он  нажал  большим  пальцем  серебряный  замок,  и крышка чемоданчика открылась.

        - Сожрал! - закричал Крендель. - Всех сожрал, окаянный!

        В  чемоданчике  лежал  ворох  сизых,  белых  и коричневых перьев.

        -  Всех  монахов  сожрал!  -  повторил  Крендель, и слеза покатилась по его лицу.

        - Что это вы городите? Не ел я никаких монахов.

        - Слопал, слопал, - твердил Крендель. - Сожрал. По глазам вижу.

        -  Позвольте,  -  сказал  Жилец,  раздражаясь.  - Я не ел никаких монахов.

        - А это что?

        - Перья. И вообще попрошу вас не орать и разговаривать со мной на "вы", а не то живо отсюда вылетите.

        -  Всех монахов сожрал, - в отчаянии повторил Крендель. - А из перьев хочет подушку сделать!

        - Подушку? - изумился Жилец, широко раскрыв свои голубые, оказывается, глаза.

        - А что ж еще? Конечно, подушку.

        -  "Подушку",  - повторил Жилец с недоумением и затаенной болью,  сморщился,  задумался,  устало  потер  лоб. - Что ж, - сказал  он,  горько усмехнувшись. - Наверно, и вправду надо бы сделать подушку. Кому все это нужно? Зачем?

        Он рассеянно прошелся по комнате, придвинул стул к шкафу, обреченно взгромоздился на него.

        - Надо сделать подушку. Вы правы, ребята.

        Вздыхая, Жилец достал со шкафа четырехугольный коричневый предмет,  и  вправду  похожий на подушку, рукавом обтер с него пыль и кинул сверху прямо на стол. От тяжкого удара стол ухнул и присел.

        -    Вот,    -    сказал  Жилец,  -  таких  подушек  у 

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту