Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

54

мы на крышу. Крендель  стал шарить вокруг голубятни, а я и не искал никаких следов,  а  я  давно  понял,  что  все эти поиски ни к чему. И Крендель    чувствовал    это,  но  поиски  как-то  успокаивали. Конечно,  он  переживал  все  сильней  меня,  но и он, в конце концов,  понимал,  что  не  так уж велика беда, бывают в жизни печали пострашней.

        -  Если  б  это  были  не  голуби, а телевизор, я бы и не волновался,  -  сказал  Крендель.  -  Но  голуби-то живые, сам понимаешь.

        - Еще бы, - сказал я.

        - И летают, - добавил Крендель, глянув в пустое небо.

        С    крыши    нашей    не  было  видно  так  далеко,  как  с кармановского мостика, но все-таки мы видели почти всю Москву. Серые  шпили  высотных  домов. Ново-Спасский, Андроньевский и, конечно,  весь  наш  Зонточный переулок лежал под нами. Рыбами плавали  по  крышам  предзакатные  блики,  соскальзывая  вниз, ныряли на дно переулка.

        Как  огромный зонт, с одной стороны пасмурный, с другой - ослепительный,  стояло  небо над Зонточным переулком. Вдали, у Крутицкого  теремка,  кто-то гонял голубей, и они совершали по небу широкий круг от Москвы-реки до Крестьянской заставы.

        -  Чьи  это  голуби?..  - задумался Крендель, стараясь по манере      полета      угадать,      кому    принадлежит    стая.    - Широконосовы... - ответил он сам себе. - А это чей?

        Одинокий  голубь шел по небу и был еще далеко от нас, над Вековой  улицей. Светлой точкой, иголочным ушком светился он в огромном небе.

        - Одинокий, - печально сказал Крендель.

        Да,    бывают  такие  -  одинокие  голуби.  Не  дикие,  не домашние.  Хоть  и  вывелись они в городе, на голубятне, а все равно летают и живут одиноко - ни к сизарям не могут пристать, ни  к  витютням, ни к домашним стаям. Что-то в них есть такое, от  чего  они  мучаются  всю  жизнь. Тянет дикая стая, но и от дома,  от города, где родились, не могут они оторваться. Так и мечутся меж теплым городом и дальними лесами.

        "Вот  так  же  и  я,  -  думал  в  это  время совсем нами позабытый  жилец  Николай  Эхо.  Он  стоял  у  окна в двадцать девятой  квартире и тоже глядел на одинокого голубя. - Вот так же  и я, - думал он. - Такой же одинокий голубь - летаю, парю, порхаю, а что толку?"

        Жилец    перегнулся    через  подоконник  и  глядел  то  на одинокого  голубя,  то  на  окна  Райки  Пауковой.  Глаза  его отчего-то покраснели, и сердце билось мягкими толчками.

        "Куда ты летишь, мой пернатый друг?!" - хотелось крикнуть Жильцу, но он удержался.

        Одинокий    голубь  обошел  Крестьянскую  заставу,  далеко вверху,  очень высоко пролетел над Широконосовой стаей и вдруг остановился  в  воздухе,  сложил  крылья  и  вниз головой стал падать на землю.

        Перекувыркнувшись  пятнадцать  раз,  он  раскрыл крылья и мягко опустился на резную буфетную верхушку.

          Почта похитителя

        День  неумолимо  клонился  к  вечеру.  Солнце  утопало  в оврагах  за  дальними  кооперативными  домами. Закатные полосы бродили  по  стенам  Похитителевой  квартиры,  по  мертвым еще экранам телевизоров, по глянцевым лицам киноактрис.

        Похититель  сидел  в  кресле,  держа  в  руках журнал. Он разглядывал    в    журнале  две  картинки,  на  вид  совершенно одинаковые.

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту