Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

12

    Мы  краснели,  кланялись,  не  зная,  как  подтвердить  свое величие.

  --    Да,    да!    Это    мои    великие  друзья!  --  поддакивал писатель-путешественник.-- Один из них, правда,  немного  похож на  Гусакова,  но  это сходство чисто внешнее. На самом деле он великий человек. Ему в поезде чуть голову не отрезали!

  -- Не может быть! -- восклицали родственники.

  А стол, за который усадили нас, был завален  угощеньем:  горы салата,  застывшие  озера  холодца.  Белоснежное  лицо  Мастера порхало над  столом,  мелькали  добрые  руки  тетушек,  которые подкладывали  писателю-путешественнику  и  его  великим друзьям свеколки с чесноком, селедочки в шубе, картошечки в мундире.

    Мастер произнес речь в честь своего великого друга писателя. Писательпутешественник произнес речь в  честь  своего  великого друга  Мастера.  Дядюшка  Карп Поликарпыч произнес речь в честь великих друзей великого друга Мастера.

  -- Кстати, -- пояснял писатель-путешественник. -- Мои  друзья задумали  великое дело. Они решили построить самую легкую лодку в мире. И тут не обойтись без Мастера, который велик, как гора. Скажем -- Казбек.

    Тут все принялись обсуждать, какая гора больше,  Казбек  или Эльбрус,  с  гор спустились к морю, а на море и оказалась самая легкая лодка в  мире.  Тут  родственники  призадумались,  какой должна  быть  самая  легкая  лодка, кинулись к окнам глядеть на бамбук.

  -- Бамбук-то  легкий!  --  вскрикивал  кое-кто  из  них.--  А можжевельник полегче будет. -- А орех?

  -- Постойте, постойте,-- успокаивал Мастер.-- Сейчас не время бамбука и других материалов -- время борща.

    И  он  принялся  разливать борщ таким половником, на котором впору было отправиться в плавание.

  -- Лодка не получится,-- говорил Мастер чуть позже,-- если мы не отведаем гуся.

    Мы принялись за гуся,  у  которого  оказалось  столько  ног, сколько людей сидело за столом,-- двенадцать.

  --  А  все-таки  бамбук  не такой уж и легкий,-- сказал вдруг дядюшка Карп Поликарпыч.

  -- Я раньше никогда  не  работал  бамбук,--  заметил  Мастер, недовольно двинув бровями.-- И ты бы, Карп Поликарпыч, лучше бы думал о гусе.

  -- А я думаю не только о гусе, но и о бамбуке,-- ответил Карп Поликарпыч.

    Подняв    брови    повыше,  Мастер  внимательно  оглядел  Карп Поликарпыча. В глазах его выражалось сильное  сомнение  в  том, что в голове у дядюшки могут уместиться две такие важные мысли.

    Дядюшка  глаз  своих  не  отвел,  а гусиную ногу стал грызть более напряженно, как бы намекая: вот  видишь  --  ем  гуся,  а думаю о бамбуке.

    Отложив недоеденную гусиную ногу, Мастер встал и вышел из-за стола в кабинет.

    В  комнате создалась неловкость. Многие родственники глядели на Карп Поликарпыча с большим  осуждением.  Кто-то  из  тетушек сильно    толкнул    его    в    бок.  Карп  Поликарпыч,  не  теряя достоинства, упорно ел ногу, делая глазами вид, что по-прежнему думает о бамбуке.

    Меж  тем  Мастер  вернулся  из  кабинета,  держа    в    руках скальпель,  пинцет  и увеличительное стекло. Не садясь вновь за стол, он прошел к выходу, и кто-то из племянников  накинул  ему на плечи полушубок.

    В  окно  мы  видели,  как  Мастер  трогает  пинцетом бамбук, скоблит его скальпелем и разглядывает

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту