Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

56

  простор,  сосны  и  коровы  отвлекли  меня  от Травяной  Головы,  и  мелькнула  мысль,  что  в  конце    концов наплевать,  приделана  она  к  чему-нибудь  или нет. В таких-то просторах -- в озерах, болотах, лесах -- любой голове захочется поболтаться свободна. И я пожалел, что  моя  бедная  голова  не может  прокатиться  колобком  по этому миру. Уж она бы погуляла там и сям, а после как-нибудь приделалась  обратно  к  бренному телу.

  --  Полтора  десятка,--  сказала  Травяная  Голова, подсчитав вынимаемых из лодки окуней.-- Будет уха. Ну а теперь по кочкам, по жердочкам за мной.

    Слегка подпрыгнув, она переместилась, и мы повлеклись за нею через трясину. Обвешанные рюкзаками, топорами и ведрами,  то  и дело  проваливаясь  по пояс в черную воду, мы брели к берегу за Травяной Головой, которая так и не показывала нам своего тела и плыла над болотом, подобно маленькой дневной луне, обращенной к нам затылком.

          Глава XIV. СМЕСЬ САМОЛЕТА С ТРАКТОРОМ

  Уже неподалеку  от  берега  я  увидел,  как  Травяная  Голова выкатилась  по травке к соснам, подпрыгнула и вдруг приделалась к телу, которое сидело под сосной.

    Небольшое тело в  черном  старом  пиджаке  и  в  валенках  с галошами поджидало голову, которая гуляла в болотах.

    Как  только  Голова,  увенчав  пиджак,  устроилась  на своем месте,  тело  зашевелилось,  одной  рукой  зачесало    нос,    по которому,  как  видно,  соскучилось,  а  другою  замахало нам с капитаном:

  -- Сюда вылезайте, к сосенкам.

    Мы вылезли из трясины, а Голова  спокойно  сидела  на  своем месте  и  наблюдала,  как  капитан-фотограф  выливает из сапога черную воду.

    Коровы, стоящие за соснами,  разглядевши  нас,  остолбенели. Тупое  и  безумное  любопытство  светилось в их крупных детских глазах. Они даже перестали жевать и наивно  хлопали  ресницами. Было  ясно,  что  ничего  такого, как снимающий сапоги капитан, прежде им видеть не приходилось.

    Изумленные коровы слились с Травяною Головой в единое целое, и теперь все это выглядело как самое обычное стадо с пастухом.

    Но я-то понимал,  что  у  этого  пастуха  голова  не  совсем обычная,  и внимательно оглядывал коровьи головы, не любят ли и они побаловаться, полетать над миром, оставив на земле  вымя  и копыта.

  --  Сколько  у  вас  в  стаде  голов?  --  спросил  между тем капитан..

  -- Семнадцать.

  -- А бык есть?

  --  Наш  бык  --    делопроизводитель,--    ответила    Травяная Голова,-- его в район повезли.

    Капитан  обрадовался, что бык в отъезде, протянул деду руку. Охотно пожимая капитанскую ладонь.  Травяная  Голова  назвалась Аверьяном.

    Капитан  сразу  же  стал  звать  пастуха дедом Аверей, а дед капитана -- "парень". Они быстро нашли  общий  язык  и  болтали теперь  на  этом  общем  языке.  Я  как-то  не  мог влезть в их разговор, но предложенную дедом руку  почтительно  пожал.  Рука эта  оказалась  сухонькой,  легкой, и показалось, что пожимаю я пучок сухой травы.

    Скоро запылал костер, на сосновых ветках развесили мы мокрые носки, начистили окуней, поставили на огонь ведро.

  -- Значит, вы прямо из Москвы?

  -- спрашивал дед Аверя.

  -- Прямо из Москвы,-- размахивал ложкой  капитан,--  вон  как здорово. Из Москвы -- и прямо сюда.

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту