Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

13

с корытом, в котором мамаши купают своих младенцев.

        Вцепиться в такой язык недопесок никак не мог. Он  заскулил, подставляя Пальме  живот и  платиновые  бока,  и  в один миг  превратился  из Наполеона Третьего в обычного щенка. Пальма

        облизала  как следует  Наполеона и решила, что  запах стал поприличнее. Она подтолкнула недопеска к конуре.

        Пальма Меринова была  вообще-то добродушная  хозяюшка, из тех, которые, зазвавши гостя, сразу же  выставляют на стол всякие  коврижки и шанежки. Под конурою у  нее  припрятаны были разные  кусочки  и огрызочки, и,  раскопавши кое-что из своих запасов, Пальма принялась угощать Наполеона.

        Урча,  накинулся  он на хлебные корки  и  петушиные  головы,  а  Пальма похаживала вокруг него, ласково ворчала, потчевала.

        Да, Пальма Меринова была радушная хозяюшка, и если б у нее в конуре был самоварчик, она, конечно, раскочегарила бы его.

          НОЧЬ В КОНУРЕ

        Сгустились  сумерки,  превратились в  темноту, и  сразу  со всех сторон навалилась ночь на ковылкинскую  землю.  Не  поймешь,  откуда  она  взялась: опустилась ли с неба или поднялась  из глухих оврагов, заросших дудником, из барсучьих пещер.

        К полуночи ударил мороз, и вокруг луны, которая вышла из сизых облаков, засияла голубая  радуга. Эта ночная  холодная радуга нагнала на  деревенских псов волчью тоску, и дружно залаяли они и завыли, глядя на луну.

        Свет луны  опечалил  и  Пальму,  она  тоже  завыла,  поддерживая  своих односельчан. Голос ее, теплый вначале и бархатный, подымался все выше, выше, растерял по дороге  теплоту  и бархат и  уже тянулся к  луне тонкой шелковой нитью.  Добравшись  до  самой луны, стала Пальма медленно  опускать голову и увидела  окна мериновского  дома,  освещенные  электричеством. Электрический свет  взбудоражил ее,  и  Пальма залаяла,  будто вызывала  хозяев  на  улицу разделить с нею ночную тоску.

        Голос  Пальмы растревожил Наполеона; вспомнились хриплые крики  песцов, голоса работниц, алюминиевый звон.

        Глядя  исподлобья на  луну,  он хотел подхватить,  подвыть  деревенским дворняжкам, но ничего не получилось -- из горла его вырвалось лишь тявканье, похожее  на старческий  хриплый кашель. Никак не  вязался этот  простуженный звук с домашним собачьим воем, и не нужен был он в ночном  деревенском хоре, как  не нужен был здесь, в деревне, и сам  Наполеон, чудный зверь, ни дикий, ни домашний -- искусственный, выведенный человеком.

        Под  вой  собак  заполз Наполеон  к Пальме  в  конуру, забился в  самый дальний угол, зарылся в какие-то жаркие тряпки и задремал.

        Перчатку мотоциклетную  он взял  с собою, потому  что  стала она совсем ручной.

        Ветер, который гулял высоко в небе, рассеял облака, и стало видно,  как из  ковылкинского оврага выливается на небо Млечный Путь -- молочная дорога. И по дороге этой вдогонку за Тельцом, отмеряя ночные часы, медленно помчался Орион.

        Грозно  сверкнул  кинжал  на  его  поясе,  изогнулся  тугой  лук, и вот стремительная стрела  прочертила  небесный  свод,  ударила  в лоб  небесному буйволу.

        От грозного удара по всему небу посыпались искры -- шальные кометы -- и сгорели где-то над  водокачкой,  маленьким кирпичным грибом,  отмечающим

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту