Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

54

усталость почувствовала Вера, и гора, хихикая, залезла на плечи

        второклассницы, навалилась так, что заболели лопатки.

        Гордый,  независимый  стоял  Наполеон у  входа  в  конуру.  Как мантия, стелился по земле его императорский хвост, и, как символ власти, держал он в зубах мотоциклетную перчатку.

        Редкая выпала доля этой  мотоциклетной  перчатке.  Пропахшая  бензином, раньше  она только и знала, что хвататься за рогульки  мотоцикла, накачивать шины, и каждую минуту чувствовала, что зависит от руки, на которую надета.

        Удивительная судьба  свела  ее с Наполеоном  --  закружилась перчатка в вихре событий, попала в переплеты, какие не снились варежкам и рукавицам.

        Но, наверно, страсть к приключениям заложена была в перчатке с детства, и хоть потрепали ее, покусали -- она прожила яркую  жизнь и, если б пришлось начать сначала, снова пошла бы тем же путем.

        Редко, очень  редко рождаются на земле перчатки, у которых есть в жизни своя собственная, верная, постоянная линия. О мотоциклетная!

        Наполеон на Веру внимания не обратил, снова направился в конуру, легким кивком головы пригласив туда и Пальму.

        Нет, жизненные передряги никак не повлияли на его характер -- все те же благородные манеры, та  же глубокая внутренняя культура чувствовались в нем. А    шуба    Наполеона  выглядела  теперь  чистой,  ухоженной.  Видно,  Пальма постаралась, выбила из нее пыль да грязь, помыла недопеска, причесала. Белей сахарина блестела полоска на его носу черного бархата.

        "Опять он здесь, -- растерянно думала Вера. -- Опять!"

        Гора наваливалась на плечи, давила, тянула  на  дно, погружала в болото размышлений.

        Как только вылез  Наполеон  из конуры, Вера сразу поняла, что теперь ей некуда  деться,  что  судьба  Наполеона  только лишь  в  ее  руках  и  нужно немедленно, сию минуту решать, что с ним делать.

        "Серпокрылыч",  -- подумала Вера и хотела уж бежать за дошкольником, но остановилась.

        Она  ясно представила себе, что  скажет дошкольник.  У него  была  своя верная линия, которая вела прямо на Северный полюс.

        Надо было самой решать, что делать: хватать Наполеона  или отпустить на полюс.

        "Надо отпустить, -- думала Вера. -- Пусть живет на полюсе. У него будут детки. А как блестит полоска на носу! Отпущу. Пусть бежит на полюс ".

        На минутку стало легче.

        "От  него  разведутся самые красивые песцы.  Только  не в клетке, а  на воле".

        Вера улыбнулась, успокоилась, только какая-то маленькая трещинка мешала успокоиться окончательно.

        "Постой, -- подумала Вера. -- А ведь я его  не держу. Если он  бежит на полюс -- зачем в конуру забился?"

        У Веры закружилась  голова,  от волнения  так заколотилось сердце,  что Наполеон даже выглянул из конуры: что это, дескать, колотится?

        Он  пристально глядел на Веру, будто соображал, что ж она за человек -- хороший или плохой, почему так странно смотрит и что собирается сделать.

        А  ты  что  делаешь здесь,  свободный  зверь? Зачем забрался в  собачью конуру? Беги, если хочешь бежать, живи в клетке, если устал. Видно, не нужен тебе Северный полюс, тебя манит теплая  конура,  вчерашние  щи. Если так, то Вера  Меринова  ничем не  может помочь. Наполеон

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту