Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

5

он. - Давайте вернемся, капитан. Заберем его на "Лавра".

        А, наверно, уж с полгода прошло, как мы оставили боцмана на острове.

        -  Ладно,  -  сказал  наш  простосердечный  капитан,    -  вот  откушаем праздничного суфле и назад поплывем.

        Ну,  откушали мы суфле, поплыли  назад.  Смотрим - Чугайло  жив-здоров, бегает по острову вокруг сухого дерева.

        - Неужто еще не развлекся? - удивился Суер.

        А боцман,  как увидел нашу шлюпку, стал камнями  кидаться. Во многих он тогда попал.

        Высадились мы на остров, связали боцмана, сели под дерево и рассуждаем: что же дальше делать? Забросает же камнями, ватрушка!

        Сидим эдак, вдруг слышим, Кацман кричит:

        - Почки! Лоцман кричит:

        - Почки!

        И пузырьки какие-то лопаются!

        Батюшки-барашки!  На    ветвях-то  сухого    дерева  появились  настоящие растительные почки! И лопаются, а из них листочки выскакивают. Растительные!

        - Боцман! - Суер кричит. - Откуда почки?

        -  Не  знаю, - мычит  боцман, мы-то ему в  рот кляп  засунули,  чтоб не плевался. - Не знаю, - мычит.

        Вынули мы кляп, а боцман все равно ничего не знает. Засунули обратно, и капитан спрашивает:

        - Живете на острове, а про почки не знаете. Как же так?

        - Они раньше не лопались, - через кляп мычит.

        -  Развиваются!  -  закричал  Кацман,  и  мы    увидели,    что  листочки позеленели, а из-под них цветы расцвели.

        Бросили мы  боцмана, кинулись  цветы нюхать.  Только нанюхались - цветы все опали.

        - Что же теперь делать? - спрашиваем капитана. - Опали наши цветочки!

        - Ждать появления плодов, - размыслил Суер.

        И плоды не заставили себя ждать.  Вначале-то появились такие маленькие, зелененькие,  похожие  на  собачью  мордочку,    а  потом  стали  наливаться, наливаться. Лоцман цоп с ветки пло-дочек - и жрет!

        Капитан хлопнул его по рукам:

        - Незрелое!

        - Я люблю  незрелое!  Люблю!  -  плакал лоцман и жадно,  как лягушонок, хватал плодочки.

        Связали  мы лоцмана  и  стали  ждать,  когда  плоды созреют. И вот  они созрели прямо на глазах.

        - Неужели груши? - восхищался Пахомыч.

        -  Ранет бергамотный?! -  мычал через  кляп  боцман. Накидали  мы целую шлюпку груш, развязали боцмана с лоцманом и отбыли на "Лавра".

        Потом-то, уже на борту, мы долго  размышляли,  с чего это  сухая  груша столько вдруг всего наплодоносила.

        - Она расцвела от наших благородных поступков, - сказал Кацман.

        - Каких же это таких?

        - Ну  вот,  мы  бросили  боцмана на острове.  Какой это  был  поступок: благородный или не благородный?

        -  Благородный, -  сказал Пахомыч.  - Он  нам всего "Лавра Георгиевича" заплевал.

        Сэр Суер-Выер засмеялся и выдал старпому особо спелую и гордую грушу.

        - Ну нет,  - сказал он, -  благородный поступок  был,  когда мы за  ним приехали. И груше это явно понравилось.

        - Ерунда, кэп, - сказал боцман,  вынимая изо рта очередной кляп свой. - Пока я бегал по острову, я ей все корни обтоптал.

        Разгоряченный грушами  лоцман  запел и  заплясал, и  боцман, раскидывая кляпы,  затопал  каблуком. Мы  обнялись  и  долго  танцевали  у двери  мадам Френкель:

        Мадам! Спасите  наши души!  От  поедания плодов! А  то мы  будем кушать

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту