Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

16

Человек,  -  сказал  Суер    и  указал  пальцем.  Выслушав  капитана, ромбический человек на общей ноге повернулся боком и тут же исчез.

        -  Исчез, - сказал Суер, а  человек снова появился, повернувшись к  нам грудью.

        Что  за    чертовщина!  Ромбический    туземец    явно  вертелся.    То  он поворачивался к нам боком, и тогда его не было видно, то грудью - и тогда он виден был.

        - Батенька! -  закричал Суер  на языке Солнечной  системы.  -  Кончайте вертеться и подойдите поближе!

        - Не могу,  сударь,  - послышался ответ на языке Млечного  Пути, -здесь как раз двадцать пять метров.

        Высказав это, он опять завертелся.

        Тут мы рассмотрели его поподробней.

        Скорее всего, он был сделан из фанеры, вот почему и не был виден сбоку. Вернее, был виден  как тоненькая черточка.  Если  это была фанера, то уж  не толще десятки.

        Кроме того,  туземец был весь в дырках, которые распределялись по всему телу, но больше всего дырок было на сердце и во лбу.

        - Ну что вы на меня уставились, господа? - закричал он на языке смежных галактик. - Стреляйте! Здесь как раз двадцать пять метров!

        Мы  никак  не  могли  понять,  что  происходит,  возможно,  из-за  этих диалектов.  Галактический  слэнг припудрил наши мозги.  Наши,  но не  нашего капитана!

        - Отойди на пятьдесят метров, - строго сказал он на русском языке.

        Фанерный отбежал, дико подпрыгивая на своей общей ноге.

        - Обнажаю ствол, - сказал капитан и вынул пистолет системы Максимова.

        - Стреляйте! - крикнул Фанерный, и капитан выстрелил.

        Пистолетный    дым  опалил    черепушку    какого-то    матроса,  возможно, Веслоухова, а пуля, вращаясь вокруг своей оси, врезалась в фанеру.

        - Браво!  -  закричал  простреленный, окончательно переходя  на русский язык. - Браво, капитан! Стреляйте еще! Десятка!

        Суер не заставил себя упрашивать и выпустил в фанеру всю обойму. Только один  раз он попал в восьмерку, потому что лоцман Кацман нарочно ущипнул его за пиджак.

        -  Какое наслажденье! -  кричал Фанерный. - Счастье! Вы  не можете себе представить,  какое это  блаженство, когда  пуля пронзает  твою грудь. А  уж попадание  в самое сердце - это вершина нашей жизни. Кого не простреливали - тому этого  не  понять. Прошу!  Стреляйте  еще!  В  меня  так давно никто не стрелял.

        -  Хватит, - сказал капитан. -  Патроны надо беречь.  А вот вы  скажите мне, любезный, где тут у вас колодец?

        Колодец  вон  там, поправее.  В нем кабан  сидит! Эй,  кабан!  Вылезай, старая  ты  глупая    мишень!  Вылезай,  здесь  здорово  стреляют!  Кабаняро! Вываливай!

        Недовольно и фанерно похрюкивая, из колодца поправее  вылез здоровенный зеленый кабан, весь расчерченный белыми  окружностями. Он повернулся  к  нам боком и вдруг помчался над траншеей, имитируя тараний бег.

        -  Стреляйте  же!  Стреляйте!  - крикнул  наш ромбический  приятель.  - Делайте опережение на три корпуса!

        Капитан отвернулся и спрятал ствол в карман нагрудного жилета.

        Лоцман Кацман вдруг  засуетился,  сорвал с  плеча двустволку  и грохнул сразу из обоих стволов! Дым дуплета сшиб  пилотку с кочегара Ковпака, а сама дробь  в  кабана  никак    не  попала.    Она  перешибла  черточку  в  фамилии

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту