Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

63

безык.

        Сэр Суер-Выер определенно растерялся.

        Я лично видел, как пальцы его сжимались и разжимались, как будто искали что-то возле карманов брюк.

        Находка  старпома,  очевидно,  потрясла  его,  а,  может,  еще  сильней потрясла собственная догадка: там, где  ничего нет,  все-таки что-то имеется или может вдруг зародиться, возникнуть и явиться перед нашим взором.

        - Лафет! Лафет! - шептал капитан, нервничая пальцами у брюк.

        Никто из нас никак не мог догадаться, о чем это бессознательно бормочет сэр,  мы растерянно переглядывались,  наконец  меня  осенило, и я пододвинул капитану пушечный лафет, на который он и присел в изнеможении.

        Да, я понимал эту внезапную  опустошенность  и бессилие капитана. Порыв гнева измотал  его  до основания, великая  догадка и находка старпома  вовне осязаемого потрясли разум. Он знал,

        он догадывался,

        он предвидел,

        он ожидал и жаждал этого

        и все-таки был потрясен!

        И все мы были потрясены,  но, конечно, не  с такой силой, ибо разум наш был форматом поменьше,  пожиже, похилей.  Жидкий разумом Хренов  даже  вынул фляжку из нательного пиджака и глотнул бормотухи.

        - Шлюпку! - скомандовал я. - Шлюпку за старпомом!

        Матросы во  главе с  Веслоуховым  бросились выполнять команду,  скинули шлюпку, заплюхали веслами.  Сэр Суер-Выер благодарно сжал мое запястье. Рука у него была влажная, горячая и сухая.

        Шлюпка повернулась, развернулась и вот уже двинулась обратно к "Лавру". На носу  стоял старпом, полный смысла и  одухотворенности.  Белый сверток он прижимал к груди.

        Сундучок  свой с деньгами он совершенно забросил,  и остров, на котором ничего не было, запросто мог оказаться островом рублей, да матрос Вампиров в последний момент  подхватил  сундучок с собою в шлюпку, и остров  остался  в своем  первозданном  виде,  если, конечно, не считать  свертка, везомого  на "Лавра".

        Торжественно  взошел на  борт  наш тертый  старпом  и протянул  находку капитану.

        Суер принял ее с поклоном, быстро развернул белые материи, и мы увидели младенца.  Завернутый  в одеяло, он спал,  доверчиво  прижимаясь  к жесткому кителю нашего сэркапита-на.

        - О! - восклицали мы. - О!

        - У! - сказал Чугайло, тыча в младенца своим дубовым пальцем.

        - А? - спрашивал лоцман Кацман.

        - Э, - тянул мичман Хренов.

        - Ы! - выпятился Вампиров.

        - И, - хихикнул Петров-Лодкин.

        - Е, - предложил стюард Мак-Кингсли, вынося поднос фужеров сахры.

        - Е, - добавил я, почесав в затылке. - Е мое.

        - Ю! - воскликнул капитан, догадываясь, кого мы заимели на борту.

        Он поднял высоко  находку, показывая команде, и тут уж  младенцу ничего не оставалось, как немедленно проснуться, открыть глазки, зевнуть,

        почесаться,

        потянуться,

        сморщить носик,

        нахмурить лобик

        и отверзть уста:

        - Я!

        Глава LIV. Род

        Скрип и шелест,

        шлеп и гомон,

        тыканье пальцами,

        засаленные  конфетки  "Каракум",  объедки  пирогов  с  морковью,  крики "тю-тю-тю" - все  это  тянулось, вертелось и приплясывало вокруг  капитана с ребенком на руках.

        Всякий мало-мальски приличный  член ^экипажа строил харю, надеясь такою харею младенца развлечь.

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту