Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

119

так и не доплыли до Острова Истины, сэр.

        - Как то есть? Погляди-ка вперед.

        Фрегат наш, любезный  сердцу "Лавр Георгиевич",  приближался  к некоему островку.  Островку? Да нет, пожалуй, это был обширный остров. Виднелись  не только деревья, но даже целые города, поля, болота и вырубки.

        - И вы думаете, сэр, что это Остров Истины?

        - Без всякого сомнения, - сказал сэр Суер-Выер.

        - Но почему?

        - А потому что - пора, брат! Пора! Старпом! Шлюпку!

        - Будем открывать? - спросил я.

        - Обязательно.

        -  Извините,  сэр, - сказал я,  перед тем,  как открыть  остров,  можно задать вопрос?

        - Пожалуйста.

        - Не пойму, почему мне забинтовали ногу?

        - А...  дело простое. Ты  так орал, что отрубил себе руку, что пришлось хоть  что-нибудь  забинтовать,  дабы успокоить  экипаж.  Итак,  пожалуйте, в шлюпку.

        - После вас, сэр, - сказал я.

        - Нет-нет, -  сказал сэр Суер-Выер. - Истина  познается в  одиночестве, друг мой. Иди.

        И я спустился в шлюпку, разбинтовывая забинтованное не мною.

        Глава XCIV. Остров Истины

        Как только нос шлюпки врезался в песок - сразу и началась истина.

        - Ну как там у тебя? - крикнули с фрегата. - Есть ли там истина?

        - До хрена! - ответил я и бодро двинул в глубь острова.

        "Пойду, не оглядываясь,  - вот что я про себя решил.  - Оглянусь, когда пройду весь остров и увижу океан с другой стороны".

        Я шел неторопливо, разглядывая

        лица девушек и деревьев,

        перья птиц и товарные вагоны,

        хозблоки и профиль Данте.

        Довольно быстро я прошел  весь остров и снова увидел океан с другой его стороны.

        "Пора оглянуться", - подумал я, но почему-то не хотелось. Заставил себя - оглянулся.

        Как я  и предполагал, сзади - ничего  не было, океан  двигался  следом, замывая  -  какое неприятное слово -  каждый  мой шаг. Конечно,  я  об  этом догадывался и всегда слышал его шуршанье за спиной.

        Сокращался остров,  уменьшался.  Я убивал его  своими шагами. Пройти до конца оставалось совсем  немного, но -  очень интересно. И хозблоки там  еще виднелись,

        и профиль Данте,

        лица девушек и деревьев,

        перья птиц и товарные вагоны,

        и еще мальчик и девочка...

        Я  это ясно  увидел  и решил  закончить  этот  пергамент. Закончим  его внезапно, как внезапно кончится когда-то и наша жизнь.

          В НАЧАЛЕ БЫЛО - СЛОВО, В КОНЦЕ ЕГО КОНЕЧНО, УЖЕ НЕ БУДЕТ.

        Глава XCV. Девяносто пятая

        Конечно, есть и другие толкования  этого сложного предмета, из  которых нас устроит только одно:

          В НАЧАЛЕ БЫЛО СЛОВО, И БЫЛО ОНО - БЕСКОНЕЧНО...

          ПРИЛОЖЕНИЕ

        Глава XLIX. Ненависть

        -  Я что-то ненавижу, а что  именно  -  позабыл, -  обмолвился  однажды лоцман Кацман.

        - Давайте, давайте, лоцман, вспоминайте, - поторопил Суер. -  Мы твердо должны помнить, что ненавидим.

        Лоцман  попал  в  ловушку.  Он  заюлил,  заскулил.  Нас  это  никак  не удовлетворило. Чувствовалось, что корни ненависти уходят в лоцмана поглубже.

        -  Не дай вам Бог, лоцман, -  со  значением заговорил Пахомыч, - не дай вам Бог ненавидеть то, что мы любим.

        - Что вы! Что вы! Я же с вами плыву, значит, и ненавижу то, что вы.

        - Хотелось бы

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту