Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

3

шишечки.    Голодный  и  злой,    он  попил  из  аквариума  и  вдруг почувствовал запах смолы.

        На  гитаре,  что висела на  стене,  за  ночь выросла шишка,  как раз на грифе,  на том самом месте, где находятся колки для натягивания струн. Шишка была свежая, от нее крепко пахло смолой.

        Капитан взлетел и,  вцепившись в  шишку когтями,  стал  отдирать ее  от грифа.  Однако шишка - хе-хе! - была прикручена проволокой. Пришлось долбить ее на месте.

        Подождав,  пока клест хорошенько вгрызется в  шишку,  я  стал осторожно снимать с гвоздя гитару.

        Капитан зарычал на меня.

        Отделив гитару от стены,  я  плавно повлек ее по комнате и через минуту сидел на  диване.  Гитара была в  руках,  а  на  грифе трещал шишкой Капитан Клюквин.

        Левая  рука  моя  медленно поползла по  грифу,  все  ближе подбираясь к шишке.  Капитан сердито цокнул,  подскочил ко второму ладу и ущипнул меня за палец.  Раздраженно помахав крыльями,  он пошел пешком по грифу доколупывать свою шишку.

        Ласково взял я первую ноту -  задребезжала шишка,  а клест подпрыгнул и зацокал громко и радостно, как лошадь копытами по мостовой.

        Оканчивался месяц март.

        С крыши мелькомбината свешивались крупные сосульки, облепленные мукой.

        В  хорошую погоду я выставлял клетку на балкон,  и Капитан Клюквин весь день дышал свежим воздухом, пел, клевал снег и сосульки.

        На звук его голоса залетали синицы-московки. Они клевали коноплю и сало в кормушках, пересвистываясь с Капитаном.

        Иногда  синицы  садились на  крышу  клетки и  начинали дразнить клеста, сыпали на него снег и тинькали в самое ухо.

        Клюквин  реагировал  на  синиц  по-капитански.  Он  воинственно  цокал, стараясь ухватить московку за ногу.

        Синицы увертывались и хохотали.

        Но вот солнце стало припекать как следует,  сосульки растаяли.  С крыши мелькомбината рабочие скидывали старый серый снег.

        Тепло подействовало на  Капитана неважно.  С  кислым видом сидел он  на жердочке,  и я прикрывал его от солнца фанеркой.  И синицы стали наводить на него уныние.  С их прилетом Клюквин мрачнел,  прятал голову в плечи и бросал петь. А когда они улетали, выпускал вдогонку звонкую трель.

        В  комнате он  чувствовал себя даже лучше:  аквариум,  шишки,  гитара - милая,  привычная обстановка.  По  вечерам мы  играли Пятый этюд  Джульяни и глядели на аквариум, как там течет подводная жизнь в тропиках.

        В середине апреля Клюквин совсем захандрил. Даже шишки он долбил теперь не с таким яростным интересом.

        "Что ж, - думал я, - ему не хватает леса, воздуха. Понесу его в парк, в Сокольники".

        В воскресенье отправились мы в парк.

        В тени,  окруженный елками,  Клюквин оживился:  пел,  прыгал по клетке, глядел  на  макушки деревьев.  На  свист  его  подлетали воробьи,  подходили поздние лыжники, еле бредущие последним снегом.

        Но  дома Клюквин скис,  вечером даже не  вылетел из  клетки посидеть на аквариуме - напрасно разыгрывал я Пятый этюд Джульяни.

        "Дела неважные, - думал я. - Придется, видно, отпустить Капитана".

        Но отпускать его было опасно.  Слишком долго просидел Клюквин в клетке. Теперь он мог погибнуть в лесу, от которого отвык.

        "Ладно, - решил я, -

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту