Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

4

пусть сам выбирает".

        И  вот  я  устроил в  комнате ярмарку:  развесил под  потолком гирлянды еловых и ольховых шишек,  кисти калины и рябины, связанные вениками, повсюду натыкал еловых веток.

        Капитан Клюквин следил за мною с интересом. Он весело цокал, удивляясь, видно, моей щедрости.

        Потом я вынес клетку на балкон,  повесил ее на гвоздик и открыл дверцу. Теперь Клюквин мог лететь в  комнату,  где раскачивались под потолком шишки, где светился аквариум.

        Капитан Клюквин вышел на порог клетки, вскарабкался на ее крышу, клюнул зачем-то железный прут и... полетел.

        С высокого седьмого этажа он полетел было вниз, к мельничному комбинату имени Цюрупы,  потом резко повернул, набрал высоту. Мелькнули красные крылья - и    Капитан  пропал,    улетел  за    наш  дом,    за  пожарную  каланчу,    к сокольническому лесу.

        Всю весну не снимал я клетку с гвоздя на балконе, а в комнате сохли под потолком связки калины и рябины, гирлянды шишек.

        Стояли теплые майские дни.  Каждый вечер я сидел на балконе и наигрывал Пятый этюд Джульяни, ожидая Капитана Клюквина.

          СЕРАЯ НОЧЬ

        Стало смеркаться.

        Над  тайгой,  над сумрачными скалами,  над речкой с  плещущим названием Велс взошел узенький лисий месяц.

        К  сумеркам поспела уха.  Разыскавши в  рюкзаках ложки,  мы  устроились вокруг ведра,  выловили куски хариуса и  отложили в отдельный котелок,  чтоб хариус остывал, пока будем есть уху.

        - Ну, Козьма да Демьян, садитесь с нами!

        Длинной можжевеловой ложкой я пошарил в глубине ведра -  рука по локоть ушла в пар.  Выловил со дна картошки и рыбьих потрохов -  печенки,  икры,  - потом зачерпнул прозрачной юшки с зеленой пеной.

        - Ну, Козьма да Демьян, садитесь с нами! - повторил Леша, запуская свою ложку в ведро.

        - Садитесь с нами, садитесь с нами, Козьма да Демьян! - подтвердили мы.

        Но  в  наших городских голосах не  было уверенности,  что сядут за  уху Козьма да Демьян, а Леша сказал так, будто они его слышат.

        Костер мы  разложили на  низком берегу Велса.  Наш  берег весь  завален грязными льдинами.  Они  остались от  половодья -  не  успели  потаять.  Вот льдина, похожая на огромное ухо, а вот - на гриб груздь.

        - Кто же это такие - Козьма да Демьян? - спросил Петр Иваныч, который в первый раз попал в уральскую тайгу.

        Уху Петр Иваныч ест осторожно и почтительно.  Голова его окутана паром, в очках горят маленькие костры.

        - Это меня старые рыбаки научили,  -  ответил Леша.  - Будто есть такие Козьма да  Демьян.  Они помогают хариуса поймать.  Козьму да  Демьяна на уху звать надо, чтоб не обиделись.

        По часам уже полночь,  а небо не потемнело, осталось ясным, сумеречным, и месяц добавил в него холода и света.

        - Это, наверно, белая ночь, - задумчиво сказал Петр Иваныч.

        - Белые ночи начнутся позже, - ответил Леша. - Они должны быть светлее. Для этой ночи названья нет.

        - Может быть, серебряная?

        - Какая там серебряная! Серая ночь.

        Подстелив на землю лапника,  мы разложили спальные мешки,  прилегли.  Я уткнулся головой в  подножие елки.  Нижние ветки ее  засохли,  на  них вырос лишай и свисает к костру, как пакля, как мочало, как белая борода.

        Неподалеку,

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту