Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

7

вернулись геологи. Но теперь искали они алмазную трубку в другом месте, в стороне от Чурола.

        - Как там наш лабаз-то? - беспокоился Пахан-Метла.

        - Стоит небось, - отвечал ему Пронька.

        - Ты сходи-ка проверь. Да принеси сгущенки, а то ребята просят.

        Пронька взял мешок и  ружье и  на  другой день утром пошел к  лабазу на речку  Чурол.  Он  шел  и  посвистывал в  костяной пищик -  дразнил весенних рябчиков.

        "Странная это штука,  -  думал Пронька,  - алмазная трубка. Может быть, как раз сейчас она под ногами, а я и не знаю".

        Пронька глядел на елки -  нету ли рябчиков и  под ноги поглядывал -  не мелькнет ли среди камушков какой-нибудь алмаз.

        И вдруг - точно! Блеснуло что-то на тропе.

        Пронька мигом нагнулся и  поднял с земли курительный мундштук из черной кости с медным ободком.

        "Во везет! - подумал он. - Геологи трубку ищут, а я мундштук нашел!"

        Он сунул мундштук в карман, прошел еще немного и увидел на тропе нарты, запряженные тремя оленями.  На нартах сидел человек в  резиновых сапогах и в оленьей шубе,  расшитой узорами.  Это был оленевод Коля,  по  национальности манси. Он жил с оленями в горах, но иногда заезжал к геологам.

        - Здравствуй, Коля-манси, - сказал Пронька.

        - Здравствуй, Прокопий.

        - Твой мундштук?

        Коля задумчиво поглядел на мундштук и кивнул. Пронька отдал мундштук, и Коля сразу сунул его в рот.

        - Вот я думаю, - сказал Пронька, - далеко отсюда будет до Чурола?

        Коля-манси задумался.  Он долго молчал,  и Пронька стоял, ожидая, когда Коля ответит.

        - Хороший олень, - сказал наконец Коля, - три километра. Плохой олень - пять километров.

        - Давай-ка  подвези,  -  сказал Пронька и  лег на нарты на расстеленную оленью шкуру.

        Коля  взял в  руки длинный шест -  хорей,  взмахнул,  и  олени тронули. Видно,  олени были хороши,  бежали шибко,  нарты скользили по весенней грязи легко, будто по снегу.

        Быстро добрались они до Чурола, и Коля отложил хорей.

        - Надо остановку делать,  -  сказал он. - Чай надо пить. У оленя голова болит.

        - А чего она болит-то? - не понял Пронька.

        Коля подумал, пососал маленько свой мундштук и сказал:

        - Рога растут.

        Из  мешка,  стоящего в  нартах,  Пронька взял пригоршню соли и  пошел к оленям.  Они сразу заволновались,  вытянули головы, стараясь разглядеть, что там у Проньки в кулаке.

        - Мяк-мяк-мяк... - сказал Пронька, протягивая руку.

        Отталкивая друг друга,  олени стали слизывать с  ладони соль.  Они были еще  безроги и  по-зимнему белоснежны.  Только  у  вожака  появились молодые весенние рога. Они обросли мягкой коричневой шерстью, похожей на мох.

        "Не у него ли голова болит?" - подумал Пронька.

        Он  поглядел оленю  в  глаза.  Большие и  спокойные глаза у  оленя были такого цвета, как крепко заваренный чай.

        Они  пили чай долго и  вдумчиво.  Коля молчал и  только кивал иногда на оленей, приставлял палец ко лбу.

        - Рога растут! - серьезно говорил он.

        - Дело  важное,  -  соглашался Пронька.  -  Сейчас весна -  все  кругом растет.

        Напившись чаю,  они посидели немного на камушке,  послушали, как бурлит Чурол.

        - Теперь у оленя голова не болит, - сказал Коля.

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту