Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

16

весной -  в  любое  время года казались болота мрачными, унылыми, только Кривая сосна радовала глаз.

        С севера была она строга,  суховата. Она подставляла северу голый ствол и не прикрывалась ветками от ветров.

        С востока ясно было, что сосна действительно кривая. Красный ствол туго загнулся  вправо.  За  ним  метнулись ветки,  но  тут  же  поворотили назад, напряглись и с трудом,  цепляясь за облака,  выправили ствол, вернули его на прежнюю дорогу.

        С  юга  не  было  видно  кривизны.  Широкая  хвойная шапка  нависла над болотом. Вырос будто бы на торфу великий и темный гриб.

        А с запада кривизна казалась горбом, уродством. С запада походила сосна на гигантский коловорот, нацеленный в небо.

        В сухой год в июле над сосною прошла гроза. Торфяная туча навалилась на болота пухлым ржаным животом.  Она ревела и тряслась, как студень. От ударов грома осыпалась голубика.

        Прямая молния угодила в сосну, спиралью обошла ствол, пропахала кору до древесины и  нырнула в торф.  От этой молнии за год высохла сосна,  но долго еще  стояла над болотами,  сухая,  посеребренная.  Осенний ветер -  листобой ухватил ее за макушку,  поднажал в горб да и вывернул с корнем.  Рыхлый торф не удержал корней.

        Года через два после того я охотился на торфу.

        Была  ранняя весна,  и  утка летела плохо.  В  болотах млел еще  желтый кислый лед,  но  на  берегах уже появилась из-под снега прошлогодняя трава и груды торфа.

        Частым осинником вышел я на поляну, где лежала Кривая сосна. За зиму на нее  намело снегу.  Корень-выворотень весь  зарос им  и  стоял торчком среди осинника,  как белый горбатый бык.  В  осиннике снег таял медленней,  чем на открытом месте,  -  всюду видны были светлые пятна,  а  на них зимние заячьи следы.

        Вспрыгнув на ствол,  я заглянул по ту сторону поваленного дерева. Здесь снега было еще больше - целый сугроб, и на снегу, притаившись, лежал большой серый зверь.

        Рысь!

        В  глазах поплыли красные пятна,  я  стал сдергивать с плеча ружье,  но зверь не шевелился.  Постояв с  минутку,  я осторожно слез на землю,  шагнул вперед.

        Вытянув длинные голенастые ноги,  запрокинув голову,  на  снегу  передо мной лежал лосенок.  Он был серый, как нелинявший заяц, - темная спина цвета осиновых сережек, а на животе мех светлый, облачный. Глаза его были закрыты. Рядом лежало несколько обглоданных осиновых веток.

        Я  подошел и не знаю зачем дотронулся до него сапогом.  Нога ударилась, как об пень,  -  он давно уже окоченел. На боку заметно было белесое розовое пятно - след огнестрельной раны.

        Дело  было  ясное.  Кто-то  стрелял  в  лосенка и  ранил  его.  Стрелял браконьер,  дурак.  Он знал:  лосей бить запрещено.  Выстрелив, он напугался того, что сделал, убежал домой.

        Измученный болью в  боку,  лосенок не  один еще  день бродил по  лесу и пришел сюда,  в  осинник у  Кривой сосны.  Здесь он прилег на снег и  лежал, защищенный корнем-выворотнем от ветра.

        Закурив,  я закинул за спину ружье и хотел осмотреть его рану, но замер на месте.

        В  десяти шагах,  в  ольховых кустах,  приподняв лишь голову от  земли, лежала лосиха. Она лежала неподвижно и тяжело, внимательно глядела на меня.

        В деревне

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту