Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

27

речку, и мы всегда толковали с ним о погоде.

        - Ну, садись, суп с маслятами пробуй.

        - Искать надо... Дочк, Дочк, Дочк!..

        Генка  был  невелик,    лет  двенадцати.  Он  пошел  дальше  по  опушке, покрикивая свое.

        За  краем  неба  начался глухой скрежет.  Он  все  нарастал,  нарастал, превращаясь в  отчетливые удары грома.  Неожиданный луч пал на  картофельное поле,  зажег ботву зеленым светом,  и  быстро земля всосала его.  Я  залез в палатку и прихлебывал понемногу суп. Было слышно, как тяжело повертывались в небе огромные жернова,  но  выбить искру им  еще  не  удавалось,  они еще не разгулялись и только притирались друг к другу.

        Ссссссссссссссс!..  -  услышал я  и  подумал,  что  это  мелкий  дождик шелестит.  Высунулся из палатки узнать -  было темно и  сухо,  и ни капли не упало на руки, на лоб.

        - Дядень! - крикнул издали Генка.

        - Эй!

        - Гроза собирается.

        - Лезь в палатку, - сказал я. - Пересидим...

        Генка залез в палатку, и я сунул ему ложку.

        - Только от стола,  -  сказал он,  но ложку взял,  и мы стали есть суп, прихлебывая по очереди.

        - Ну, как супок? - спросил было я, но тут возникла ослепительная искра, просветила каждый шов палатки и  так грохнуло,  что зазвенело в  затылке,  а Генка охватил меня руками, железными от страха.

        Снова все стихло,  и  даже жернова перестали в небе переворачивать друг друга.

        - Во долбануло! - сказал Генка.

        Я  хлебнул супа,  и  показалось,  будто  вкус  его  после  удара молнии изменился.

        Ссссссссссссс!..  -  снова начался непонятный звук,  вначале как шелест капель,  потом набрал скорость и  потянулся над  головой томительной длинной пулей.

        - Что это, а?

        И со звоном ударило по крыше палатки,  она туго загудела -  брезентовый колокол.

        Я  высунулся наружу,  и  на  голову мне  обрушился поток воды,  пригнул голову  к  земле,  в  глазах  возник корень огненного дерева.  Страшный удар лопнул над нами и полетел окрест, выворачивая наизнанку картофельную ботву.

        И снова молния -  пляшущая береза -  вонзилась в поле. А земля ухватила ее с таким звуком,  как будто болотная трясина -  выпавший нож. Задергалась, затряслась другая молния,  ища место,  в которое ударить,  и -  пропала.  И, бешено чередуясь, возник будто бы лес ослепительных корней...

        - Дядень, дядень...

        ...но только корни эти не высасывали из земли соков,  а  сами вбивали в нее свою белую голубую кровь.

        Я  втянул голову в палатку,  как черепаха в панцирь.  Генка прижался ко мне покрепче,  зажмурился, и я плотно закрыл глаза, но все равно рассекал их свет молний, проникал в голову.

        Ливень заливал,  и брезент не гудел уже, палатка обмякла, стала вялой и прозрачной, не плотнее блина.

        - Глянь, дядь, не видно овцы-то?

        Я  снова высунулся наружу и в свете молний увидел,  как мечется по краю поля лохматое призрачное пятно.  Это  была овца.  При каждом ударе грома она выпрыгивала из травы, как собака.

        - Дочк,  Дочк,  Дочк!  -  закричал Генка и выскочил из палатки, побежал через поле.

        Птичьей клеткой вспыхнула перед глазами его ковбойка,  и  Генка плеснул руками в сполохе света.

        Я вылез из палатки и побежал следом за ним.

 

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту