Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

32

ладно, чего там.

        Я снял куртку и стал помахивать ею над костром, сушить.

        Под взмахами загудели сучья,  располыхались.  Лопались и скрючивались в жару сосновые иголки.

        - Сбоку молния ударила или как? - спросил я Николая.

        - Прям под ноги.

        - Тогда б ты не встал.  Она тебя тряхнула только и об землю бросила,  - возразил Грошев.

        - Говорю я - под ноги, - повторил Николай.

        - Ух, жара! - сказал Грошев, отскочил от костра. - Ташкент!

        - Это  еще не  Ташкент,  -  ответил Генка,  протягивая к  огню руки.  - Сейчас-сейчас, разгорятся...

        - Генка-а-а! - послышалось недалеко. - Гена-а-а-а!

        - Батя! - испуганно вскочил Генка. - Батя меня ищет!

        Он дернул овцу за веревку и побежал в темноту, сразу позабывши нас.

        - Иду-у-у! - закричал он.

        - Идешь? - слышался сердитый голос. - Ты куда провалился, а?

        - Эй, дядя Паша! - крикнул я. - Иди к огню!

        - Тебя мамка ждет или не ждет? - закричал дядя Паша, не обращая на меня внимания. - Ты где был, а?

        В  голосе его звучала такая гроза,  что я  схватил фонарь и поспешил за Генкой.

        - Мамка кричит, что тебя молния убила! Ты думаешь об ней или нет?

        - Бать,  бать...  -  толковал в  темноте Генка.  -  Я  думаю...  Правда думаю...

        - Эй, дядя Паша, да погоди ты! - сказал я, догнавши их на тропинке.

        - Тебя мамка ждет или нет?  -  кричал дядя Паша. - А ты костер жгешь! Я те дам костра!

        Тут  дядя  Паша  действительно дал  костра и  добавил овечьей веревкой. Генка сразу, не сходя с места, заревел басом.

        - Да погоди ты!  -  закричал я,  ослепляя дядю Пашу фонарем. - Генка не виноват. Тут человека молнией зашибло, а он помогал!

        - Чего?  -  кричал дядя Паша,  не признавая меня. - Тебя не спрашивают! Если тебя не ждут, так ты жги костер, а парня не приваживай!

        - Да тут несчастье случилось!

        - А ну пошли домой! Тебе мамка даст! Все глаза проплакала!

        - "Проплакала"!    -  неожиданно  возразил  Генка.  -  Небось  телевизор смотрит.

        - Ты поговори,  поговори! - кричал дядя Паша и быстро потащил и Генку и овцу его в темноту. - Костер они жгут! И так весь лес спалили!

        Я остался на месте и долго еще слышал, как дядя Паша ругал сына:

        - Тебя мамка ждет или нет?

        Почему-то он особенно напирал на то, что Генку ждала именно мамка, а он вроде бы и не ждал.

        - Бать,  бать...  - послышался в последний раз Генкин голос. - Я больше не буду...

        Грошев все махал брюками над костром.

        - Я-то в сторону глядел,  -  объяснял он Николаю. - Потом смотрю - тебя нет. А ты в картошке лежишь!

        - Пыхнула только, - ответил Николай. - А дальше не помню.

        Грошев махнул брюками - с костра взлетел пепел, закружились его хлопья, словно моль,  серые мотыльки. Сосновые искры потянулись в небо, остановились высоко над костром.

        - Дома,  -  сказал Грошев,  -  я  б  сейчас телевизор включил.  Семечек насыплю в блюдо и весь вечер сижу.

        Он махал брюками и отскакивал от костра,  когда искра попадала на голые колени.

        - Ну гроза была! Только пыхнула - тебя нет! А ты в картошке лежишь.

        - Прям под ноги ударила, - добавил Николай.

        - Я  давай тебя засыпать.  Сыплю,  сыплю,  а  ты не отходишь.  Тут этот прибежал

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту