Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

3

Нюрка,  -  ты  что ж  сено-то из лесу не везешь?  Ай позабыл?

        - Какое сено?  -  удивился дядя  Зуй,  а  после хлопнул себя по  лбу  и побежал к председателю лошадь просить.

        Лошадь председатель дал  хорошую,  крепкую.  На  ней  дядя Зуй скоро до места добрался. Смотрит - стожок его снегом занесен.

        Стал  он  снег  вокруг саней ногой раскидывать,  оглянулся потом -  нет лошади: ушла, проклятая!

        Побежал вдогонку - догнал, а лошадь не идет к стогу, упирается.

        "С чего бы это она, - думает дядя Зуй, - упирается-то?"

        Накокец-таки запряг ее дядя Зуй в сани.

        - Но-о-о!..

        Чмокает дядя Зуй губами,  кричит, а лошадь ни с места - полозья к земле крепко примерзли. Пришлось по ним топориком постукать - сани тронулись, а на них стожок. Так и едет, как в лесу стоял.

        Дядя Зуй сбоку идет, на лошадь губами чмокает.

        К обеду добрались до дому, дядя Зуй стал распрягать.

        - Ты чего, Зуюшко, привез-то? - кричит ему Пантелевна.

        - Сено, Пантелевна. Чего ж иное?

        - А на возу у тебя что?

        Глянул дядя Зуй  и  как стоял,  так и  сел в  снег.  Страшная какая-то, кривая да мохнатая морда выставилась с воза - медведь!

        "Р-ру-у-у!.."

        Медведь зашевелился на возу,  наклонил стог набок и  вывалился в  снег. Тряхнул башкой, схватил в зубы снегу и в лес побежал.

        - Стой! - закричал дядя Зуй. - Держи его, Пантелевна.

        Рявкнул медведь и пропал в елочках.

        Стал народ собираться.

        Охотники пришли,  и  я,  конечно,  с  ними.  Толпимся мы,  разглядываем медвежьи следы.

        Паша-охотник говорит:

        - Вон какую берлогу себе придумал - Зуев стожок.

        А Пантелевна кричит-пугается:

        - Как же он тебя, Зуюшко, не укусил?..

        - Да-а,  -  сказал дядя Зуй,  -  будет теперь сено медвежатиной разить. Его, наверно, и корова-то в рот не возьмет.

          ВЕСЕННИЙ ВЕЧЕР

        Солнце повисело в осиновых ветках и пропало за лесом. Закат расплылся в небе.

        Низко,  в  половину березы,  над  просекой пролетел большой ястреб.  Он летел бесшумно, совсем не шевеля синими крыльями.

        Я стоял на поляне,  снега на которой почти не было. Только под высокими деревьями еще холодели сугробы.

        Дрозды-дерябы трещали и голосили на елках.  Казалось,  это еловые шишки трутся друг о друга зазубренными боками.

        Я почувствовал странный запах, который шел с земли. Из старой травы, из прелых  листьев  торчали  какие-то  короткие  стебли.  На  них  распустились небольшие сиреневые цветочки.  Я  хотел  сорвать  несколько,  но  стебли  не поддавались, гнулись в руках и наконец лопнули, переломившись. Они оказались полыми - пустыми внутри.

        От цветов пахло так приятно,  что даже закружилась голова, но стебли их будто зашевелились в руке. Показалось, они живые и ядовитые.

        Стало неприятно, и я отложил цветы на пенек.

        "Свис-с-с-с-с!.." -  пронеслись над поляной чирки. Еле заметен в темном небе их серебряный след.

        Сумрак  поднялся  с  земли,  стемнело,  и  тогда  послышался хриплый  и ласковый голос за березами:

        "Хорх... хорх... хорх... хорх..."

        Длинноклювая,  с  косыми крыльями птица вылетела из-за леса и пошла над поляной - "хорх... хорх...", - то ныряя вниз, то вскидываясь, как бабочка.

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту