Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

25

        - Или того лучше,  Манька.  Ты ко мне забеги,  я  тебе готовую подложку дам... Кто следующий-то там?

        Дело  в  магазине  пошло  как  по  маслу.  Петр  Максимыч только  чикал ножницами,  и  через  десять  минут  от  дядизуевой клеенки почти  ничего не осталось.

        Но  эти десять минут дядя Зуй не  терял даром.  Он расхваливал клеенку, жмурился от силы цвета, сомневался: не заграничная ли она?

        - Ну,  Зуюшка,  -  сказал наконец Петр  Максимыч,  -  у  тебя  осталось двадцать сантиметров.

        - Чтой-то больно мало.

        - Так  выходит.    Двадцать  сантиметров  тебе,    полтора  метра  Кольке Дрождеву.

        - Может,  какие-нибудь есть запасы?  - намекнул дядя Зуй. - Для близких покупателей?

        - Запасов нету, - твердо сказал Петр Максимыч.

        - Видишь ты, нету запасов. Ну ладно, давай режь двадцать сантиметров.

        - На кой тебе двадцать-то сантиметров?  - хрипло сказал Колька Дрождев, механизатор. - Отдай их мне.

        - Не могу,  Коля.  Надо же мне хоть маленько.  А  то еще Нюрка ругаться будет.

        - Уж очень мало,  - сказал Колька Дрождев. - Двадцать сантиметров, чего из них выйдет?

        - Я из них дорожку сделаю, постелю для красоты.

        - Какая там дорожка,  больно узка.  А Нюрке мы конфет возьмем,  чего ей ругаться?

        - Это верно,  -  согласился дядя Зуй.  - Когда конфеты - чего ругаться? Забирай.

        - Если б валуи какие были нарисованы,  - толковал Колька Дрождев, - я б нипочем не взял. А это все ж васильки.

        - Верно,  Коля,  -  соглашался дядя Зуй.  -  Разве ж  это валуи?  Это ж васильки голубые.

        - А с валуями мне не надо. Ну, с рыжиками, с опенками я б еще взял.

        - Ты,  Колька, береги клеенку-то, - наказывал дядя Зуй. - Не грязни ее, да папиросы горящие не клади,  а  то прожжешь,  чего доброго.  Ты папиросы в тарелочку клади,  а  то  наложишь на клеенку папирос -  никакого вида,  одни дырки прожженные. Ты лучше, Колька, вообще курить брось.

        - Бросил бы,  -  ответил Колька, заворачивая клеенку, - да силы воли не хватает.

        К  ужину в  каждом доме  Чистого Дора  была расстелена на  столах новая клеенка.  Она  наполняла комнаты таким светом и  чистотой,  что стекла домов казались чисто вымытыми.  И  во  всех  домах стоял особый клееночный запах - краски и сухого клея.

        Конечно,  через месяц-другой клеенка обомнется.  Колька Дрождев прожжет ее в конце концов горящей папиросой,  пропадет особый клееночный запах, зато вберет  она  в  себя  запах  теплых щей,  калиток с  творогом и  разваренной картошки.

          ПО-ЧПРНОМУ

        Та  банька,  в  которой жил с  Нюркою дядя Зуй,  была,  как говорилось, старая.  А неподалеку от нее, поближе к реке, стояла в крапиве другая банька - новая.

        В старой-то дядя Зуй жил, а в новой - парился.

        Иногда мелькала в  его  голове золотая мысль -  переехать жить в  новую баньку.

        - Но где ж тогда париться? - раздумывал он. - Старая пирогами пропахла, жареной картошкой.  В ней париться - дух не тот. Вот когда Нюрка вырастет, - мечтал дядя Зуй  дальше,  -  да  выйдет замуж,  я  ее  тогда в  новую баньку перевезу, а сам в старой жить останусь.

        - А где париться-то будешь? - спрашивал я.

        - Третью срублю.

        Каждую субботу рано  утром подымался

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту