Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

2

  Но скоро  он перешел  в наступление. Как  только я брал гитару, Клюквин начинал свистеть, стараясь меня заглушить.

        Я злился и швырял в клеста пустыми шишками или загонял его  в клетку, а клетку накрывал пиджаком. Но и оттуда доносилось зловещее цыканье Капитана.

        Когда я  выучил этюд и стал  играть его получше, Клюквин успокоился. Он пел теперь тише, приноравливаясь к гитаре.

        До этого мне казалось,  что клест поет бестолково и только  мешает, но, прислушавшись, я понял, что Капитан Клюквин украшает мою игру таинственными, хвойными, лесными звуками.

        Конечно,  выглядело  все это не так уж  прекрасно  -- корявая  игра  на гитаре сопровождалась кривоносым пением,  но я пришел в восторг и мечтал уже выступить с Капитаном в Центральном Доме детей железнодорожников.

        Теперь ручеек потек более уверенно, и  Капитан Клюквин добавлял в  него свежую струю.

        Он не любил повторяться и всякий раз пел новую песню. Иногда она бывала звонкой и радостной, иногда -- печальной.

        А я по-прежнему пилил одно и то же.

        Каждый день перед заходом солнца Капитан вылетал из клетки,  усаживался на аквариум и, пока я настраивал гитару, легонько цокал, прочищая горло.

        Солнце постепенно уходило,  пряталось  за мелькомбинатом,  и  в комнате становилось сумеречно, только светился  аквариум.  В  сумерках  Клюквин  пел особенно хорошо, душевно.

        Мне нравились наши гитарные вечера,  но хотелось, чтоб  клест сидел  ко мне поближе, не на аквариуме, а на грифе гитары.

        Как-то после  утренней песни  я  не  стал его  кормить. Капитан Клюквин вылетел из клетки, обшарил шкаф и  письменный стол, но не  нашел даже пустой ольховой  шишечки.  Голодный  и  злой,  он    попил    из  аквариума  и  вдруг почувствовал запах смоли.

        На гитаре,  что  висела на  стене, за ночь выросла  шишка,  как раз  на грифе, на том месте, где  находятся колки для  натягивания струн. Шишка была свежая, от нее крепко пахло смолой.

        Капитан  взлетел  и, вцепившись  в  шишку когтями, стал отдирать  ее от грифа.  Однако шишка  --  хе-хе!  --  была  прикручена  проволокой. Пришлось долбить ее на месте.

        Подождав, пока клест хорошенько вработается, я стал осторожно снимать с гвоздя гитару.

        Капитан зарычал на меня.

        Отделив гитару от стены, я плавно  повлек ее  по комнате и через минуту сидел на  диване. Гитара была в  руках, а на  грифе  трещал  шишкой  Капитан Клюквин.

        Левая рука моя  медленно  поползла  по грифу,  все ближе  подбираясь  к шишке. Капитан  сердито цокнул, подскочил ко второму ладу и ущипнул  меня за палец.  Раздраженно помахав крыльями, он  пошел пешком по грифу доколупывать свою шишку.

        Ласково взял я  первую ноту -- задребезжала шишка, а клест подпрыгнул и зацокал громко и радостно, как лошадь копытами по мостовой.

        Оканчивался месяц март.

        С крыши мелькомбината свешивались крупные сосульки, облепленные мукой.

        В хорошую  погоду я выставлял клетку на  балкон, и Капитан Клюквин весь день дышал свежим воздухом, пел, клевал снег и сосульки.

        На звук его голоса залетали синицы-московки. Они клевали коноплю и сало в кормушках, пересвистываясь с Капитаном.

        Иногда  синицы  садились  на крышу клетки и  начинали

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту