Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

44

        Загремел оркестр, столики ринулись танцевать, табачный дым, как остатки фейерверка, стелился над графинами. Гром оркестра и  дым  табаку  приглушили свет люстр. Человек с куклой сидели тихо-тихо, лица их и силуэты размылись в дыму, и мне даже казалось,  что  они  оба  детские куклы,  и хозяин их  спит где-то в дальней  комнатке, а их позабыл за  игрушечным столиком на взрослом разнузданном  пиру. Я долго  наблюдал  за ними  и вдруг  случайно встретился глазами с печальным господином. Как-то получилось через дым и гром. Щель что ли в дыму образовалась? Я кивнул в эту щель, и мне кивнули в ответ.

        -- Сильно  чокнутый,--  шепнул  бармен.--  Приехал откуда-то с  Севера. Только с куклой и ходит. Денег -- тьма!

        Расплатившись,  я  встал  и, направляясь к  выходу,  слегка  поклонился маленькому господину:

        -- Херес помог живописцу.

        -- А я боялся, что вы не заметите,-- улыбнулся он.-- Это был мой привет Красной  Сосне. Присядьте на минутку.  С  Генриэттой Павловной вы,  кажется, знакомы?

        --  Немного,--  сказал я и, усаживаясь  рядом с куклой, чуть поклонился ей.-- Добрый вечер.

        Генриэтта Павловна потупилась.

        -- Она у нас  молчалива. Но, должен признаться, я не люблю,  когда дамы кричат  и хохочут,-- и он кивнул  в сторону столика,  за которым визгливо  и безнравственно всхахатывали.

        -- Молчание -- не порок,--  согласился я.-- Сейчас слишком многие много говорят, а  я не всегда и слушаю. Бывает, и пропускаю что-нибудь  мимо ушей. Потом -- так неловко.

        -- Не  обращайте внимания,-- посоветовал мне печальный  господин.-- Уши наши вполне разумны, ничего важного они сами не пропустят.

        -- Вы знаете, я писал и черные березы, и синие осины, но только красная сосна получила приз.

        --  Я люблю сосну. Правда, ваша сосна -- крымская, а я работал когда-то там... где корабельные... Как же они падали! О,  как падали...  Но за черную березу?.. Немного хересу, а?.. Недолюбливаю  березы. Вот  Генриэтте Павловне только березу и подавай, ей бы только мечтать и вздыхать.

        Генриэтта  Павловна  помалкивала,  уткнувшись  в  минеральный фужер.  К сожалению,  она немного сползла с  кресла и могла  вот-вот нырнуть под стол. Хотелось ей  помочь, но  я не знал,  как это сделать.  Неловко, черт подери, хватать  спутницу  другого  человека  и  усаживать ее  на  стул  попрямей. Я старался не шевелиться, опасаясь полного сползания Генриэтты Павловны.

        Оркестр немного поутих, зазвучало танго, и я хотел  уж откланяться, как вдруг господин с бабочкой сказал:

        -- Геточка, ты помнишь это танго? Хочешь потанцевать?

        -- Извините,-- сказал он мне.-- Мы немного потанцуем.

        Он    обошел    меня,  подхватил    куклу    и,  прижимая  к    груди,  стал пританцовывать возле столика.

        Мне  сделалось  очень  неловко.  Посетители "Ореанды"  растаращили свои налитые дымом глаза,  некоторые наивно-восторженно разинули  рты,  глядя  на танец с  куклой. Разглядывали и меня с  изумлением, дескать, это еще  что за такое?

        Я сидел тупо, как волк, не решаясь почему-то уйти. Наверно, хересу было много. А чего-то  другого мне не хватало.  Чего?  Неужели Красной  Сосны? Но сосны не ходят с нами по ресторанам. Не помню ни  одного  художника,

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту