Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

91

личности значительные,  люди  именитые  --  такие,  например,    как  поэт    Александр Твардовский.

        ...Как-то  я  жил в  домике на озере  Чуна  --  совершенно безлюдном,-- рассказывал Иван Сергеевич.-- Там  кто-то давным-давно поставил домик. И вот я жил там  один, питался  тем, что добывал ружьем и удочкой. Ловил хариусов. Их  там было множество, и, когда я  начинал  чистить рыбу, из груды  камней, лежавших  около  домика,  всегда  выбегал    горностай    и  кормился  рыбьими отбросами.  Он  так привык ко  мне,  что  стал  заползать  в спальный мешок, сделанный из оленьих шкур, так что у нас установилась дружба.

        Горностай, как известно, зверь не очень-то  добрый,  но привык  ко мне. Большинство диких зверей привыкает к человеку.

        Торо был проповедник, а я проповедником  не был. Но некоторые  места  в его  проповеди  мне очень близки и  понятны.  В  Англии  я  наблюдал  "Армию спасения" -- благотворительную  организацию. Торо ненавидел благотворителей, чувствуя в них фальшь. Благотворительность -- это еще не истинная доброта, а в  Торо  есть  доброта  истинная. Основа  философии  Торо  -- это  любовь  к подлинной жизни.

        Я считаю, что подлинная  жизнь  -- это когда человек оставляет за собой след,  большой  или  малый.  А  след  этот  остается,  если  человек  делает какое-нибудь добро. Я считаю, что писательство тоже должно быть таким делом, из которого проистекает добро. Вот мы пишем книги, пишем о хорошем, добром и этим  выполняем  какой-то  свой  внутренний  долг.  Я  считаю,  что  в  этом назначение писателя, художника и каждого человека -- делать добро.

        Однажды  я решился прочитать Ивану Сергеевичу свои детские рассказы. Он охотно согласился послушать. Я начал читать:

        --  "У  излучины  реки Ялмы  в старой  баньке жил,  между прочим,  дядя Зуй..."

        Иван Сергеевич немедленно прервал меня.

        -- Уберите "между прочим",-- твердо сказал он.

        -- Да как же, Иван Сергеевич, интонация...

        -- Уберите -- и все, никаких интонаций.

        -- Так ведь в этом "между прочим" есть юмор.

        -- Какой же тут юмор?  Вот я вам расскажу юмор. Взял я на охоту  своего зятя,  на  медведя.  Ну,  дал  ему  пятизарядное ружье  системы  "Браунинг". Поставили его на номер, совсем захудалый.

        Стронули медведя,  вдруг я слышу: бах! бах! -- пять выстрелов, один  за другим. Зять мой  палит! И ведь убил медведя с первого выстрела, а остальные со страху выпалил.

        Я пошел домой,  а охотники стали делить медведя. Вдруг зять  догоняет и спрашивает, какую часть медведя ему взять.

        "Ногу, конечно",-- отвечаю.

        Зять вскорости и приносит эту  ногу, завернутую в газету, да  только не окорок,  а медвежью ступню.  Вот  ведь  какой дурак! Ну,  что  тут поделать? Приехали в  Ленинград. Лидия Ивановна  говорит: "Можно из  этой ноги студень сварить".

        Завернула ногу в газету и пошла в магазин, чтоб мясник порубил эту ногу топором.

        Мясник  как ногу  увидел,  побледнел, выскочил  куда-то  и  вернулся  с милиционером. Вот был юмор. Замели мою Лидию Ивановну вместе с ногой.

        В  те самые дни,  когда  я  встречался с  Иваном  Сергеевичем,  я часто навещал  и  другого  прекрасного  русского  писателя  -- Бориса  Викторовича

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту