Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

6

Соломон  Мироныч  ударил  вступление, гитаристхулиган прошелся "чесом", Боря ласково улыбнулся мне.

        Эту песню про веселого мальчика меня заставляли петь всегда. Считалось, что я пою ее изумительно и особенно с того места, где начинается  "Ай-я-яй". Эту  песню  я  люто  ненавидел  и  особенно  с  того  места,  где начиналось "Ай-я-яй".

        Но вступление было сыграно, Боря улыбнулся, а я никогда в жизни не  мог его подвести.

        Лихо надета набок папаха,

        Эхо разносит топот коня, --

        начал я тоненьким голосочком, в котором чувствовался некоторый грядущий топот копыт, --

        Мальчик веселый из Карабаха,

        Так называют люди меня.

        И  далее  следовало  чудовищное по своей безумной и неудобоваримой силе "Ай-я-яй".

        Меня    слушали      недоверчиво      и      тупо,      как      вообще      слушают подростков-переростков, но я-то понимал, что на предпоследнем еяй" слушатели лягут.  И слушатели это недоверчиво понимали и тупо хотели лечь, только лишь бы я это сделал. И я это сделал, и они легли.

        И они еще лежали, когда я предложил им:

        Пейте, кони мои!

        Пейте, кони мои!

        Лежащих надо было поднимать, надо было их напоить, и им самим  хотелось подняться  и  нагиться,  только  лишь бы я зто сделал. И я это сделал, и они поднядись и напились, и каждый второй из них чувствовал себя вороным коцем.

        Рухнул  аплодисмент,  кони  кинулись  к  влаге,    мелькнуло    несколько гладиолусов,  а  я  уже  и сам-то ничего не понимал. Понимал только, что уже утро, рассвет, что, держа в руках бутылку мадеры, меня  и  Милорда  ведет  к себе ночевать Ленечка, известный в те годы в Москве гитарист-хулиган.

        Боря,  мой  единственный  брат,  уехал от нас навечно. Он уехал к своей воздушной невесте, к  которой  мы  так  спешили  тогда  с  подлещиками  и  с Милордом.  А  мне  этого  не  сказали,  что Боря уехал навечно, я думал, что ненадолго, как будто в военный лагерь,  на  переподготовку.  И  я  его  ждал ежедневно, потому что жить без него я никогда в жизни не мог.

        Иногда  Боря вдруг приезжал и ласково смотрел на меня, расспрашивал про Милорда и про те другие важные дела, которые  мне  предстояли,  но  родители быстро  перехватывали  у  меня  брата  и  долго  разговаривали с ним, и Боря уезжал.

        И все изменилось в жизни, все изменилось, но я еще не понимал, что  все изменилось,    я  толковал  себе,  что  Боря  как  бы  в  военном  лагере  на переподготовке.

        А Боря жил теперь у Ляли. И это было далеко от Красных  ворот.  Он  жил теперь на Смоленском бульваре.

        И  если  долго-долго,  полдня,  идти по Садовому кольцу налево -- можно дойти пешком до Смоленского бульвара, А если долго-долго,  полдня,  идти  по Садовому кольцу

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту