Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

33

поясняя свои мысли, и даже показывал на пальцах  что  такое  "ласковая  терпимость".  Почему-то  эта самая "ласковая терпимость" казалась огромной находкой моего практического ума.

        -- Надо отметить еще и другое, -- настаивал я, чувствуя, что  Генриэтта Павловна согласна со мной не во всем. -- Во-вторых... надо отметить...

        Отметить  я  более  ничего  не успел. За столиком, где сидела невнятная толстуха, вызрел скандал.

        -- Отойди! -- выкрикивала она.

        Мужчина же, пришедший с нею, какой-то  вроде  мотоциклиста  без  шлема, что-то яростно шептал печальному господину, который топтался у их столика.

        --  Вы  печалите,  -- внятно говорил маленький господин. -- Вы печалите меня. Огорчаете душу.

        -- Отойди!

        -- Не обращайте внимания, -- шепнул я Генриэтте Павловне. -- Сейчас это как-нибудь уляжется. Хотите хересу?

        -- Вы нарочно унижаете меня, -- слышался голос маленького господина. -- И зря, зря... Ладно, я уже сам расхотел танцевать с вами, буду танцевать  со своими ботинками.

        Тут  он  быстренько  скинул свои лаковые с высокими каблуками штиблеты, прижал их к груди и заскользил в носках по паркету. К сожалению, он плакал.

        -- Господи, -- вздохнула Генриэтта Павловна. -- Ну, дитя же, дитя...

        Подбежали два  официанта.  Бесцеремонно,  но...  демонстрируя  все-таки ласковую терпимость, стали подталкивать его к столику. Подскочил и я.

        --  Эта  женщина,  --  жаловался  он,  упираясь  и  бровью показывая на толстуху, она не понимает и не может понять...

        -- Генриэтта Павловиа скучает, -- уговаривал я.

        Оглянувшись, я вдруг заметил, что какой-то человек подошел к  Генриэтте Павловне, дернул за волосы и, засмеявшись, отскочил в темный угол.

        Он нуждался в немедленном наказании, и я побежал поскорее в этот темный угол,  оставив на миг плачущего господина. Но я не мог найти этот угол. Весь зал состоял из таких темных углов, и в каждом смеялись и  ели  люди,  вполне способные дернуть куклу за волосы.

        --    Отпустите,  отпустите  меня,  --  говорил  официантам  господин  с бабочкой. -- Отпустите, а то я упаду.

        Официанты твердо держали его за локти.

        -- Отпустите, -- жестко приказал я.

        Они отчего-то послушались, и маленький господин быстро  и  ловко  надел штиблеты.

        --  У меня закружилась голова, -- рассмеялся он, беря меня под руку. -- Давно не танцевал.

        Мы поспешили к столу, где маялась Генриэтта Павловна.  Несколько  минут посидели молча.

        --  Не люблю, когда меня хватают за руки, -- объяснил он мне и кивнул в сторону Генриэтты Павловны. -- Она знает. Понимает это.

        -- Генриэтта Павловна вообще на редкость разумна, -- заметил  я.  --  У нее нет сестры или подруги?

       

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту