Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

39

у него в кармане.

        В  осиннике  я снова наткнулся на его старый след. Много он напетлял по лесу. Чего искал?

        Тот, кто гоняет зайцев, в такую глушь не забирается.  Зайца  больше  на опушках.

        А  тот, другой, кто лает по-собачьи, по лесу ходит смело. Иногда только охватывает его ужас. Когда он чувствует, что я рядом.

        -- Дамка! -- кричит он. -- Дамка! Ко мне!

        И лает по-собачьи.

        Нарочно, чтоб я подумал, что он не один в лес-у. Боится, что я на  него нападу.  А  ведь  и  вправду  как-то  неловко  нападать  на  того,  кто лает по-собачьи.

        7

        -- У кого же все-таки больш? Господи, ясно у кого... Но на человека они нападают очень редко. В крайнем случае. Только скотинники или инвалиды.  Но, может, это и есть крайний случай? Ведь я его стронул, разбудил... Кажется, я и раньше видел эти следы на мокрой глине.

        Я  стоял  у  второго  пересечения  следов  и  думал,  что  же ждет меня впереди...

        Дважды пересек он мой след  и  теперь  бродил  рядом,  забегал  вперед, подстерегал.  Рядом  он,  совсем  близко,  я  это чувствовал. А зяпах? Какой странный запах! От влажных слок будто от собачьей шерсти. И еще что-то... Да ведь не осина же... Вроде валенки... Черт, что еще за валенки?..

        Чужим и равнодушным стал окружающий лес. Всегда терпеливый ко  мне,  он вдруг  отдалился,  распался на отдельные деревья, охолодел. Мертво стоял лес вокруг меня.

        Старый мой след, хотя бы и дважды пересеченный,  был  теплее.  За  него можно было держаться.

        "Нельзя стоять, -- почему-то подумал я. -- На месте стоять нельзя. Надо двигаться".

        Я  пошел  вперед, придерживаясь старого следа. Вот-вот ожидал я увидеть багровую башку, а сбоку и сзади вздрагивали красные и серые ветки, двигались деревья, дрожали кусты. Рыхлый зеленоватый снег шуршал под сапогами, я пошел быстрее, быстрее -- и побежал.

        Скоро я оказался у лесного оврага, заросшего  дудником  и  бересклетом. Старый след вел вниз, на дно.

        "Гнилой  овраг,  --  думал я. -- Хиблый. Уж если ему нападать -- здесь. Придется спускаться. Выбора  нет  --  надо  держаться  старого  следа.  Если нападет спереди -- это бы еще и ничего... "

        Хватаясь  за ветки и мелкие деревца, не таясь, с треском спустился я на дно оврага.

        Ветка бересклета хлестнула в глаз.  Стало  так  6ольно  и  горько,  что хлынули слезы. На какой-то миг я полуослеп, а когда проморгался, потер глаза --  сразу увидел на склоне оврага черные борозды, разодравшие и снег и землю под снегом.

        На дне оврага борозды превратились  в  огромные  следы,  в  третий  раз пересекающие  мой  путь.  На  этот  раз он не мерил, у кого больше. Это было вроде бы уже ясно.

        8

        Л ведь и вправду как-то неловко

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту