Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

52

вы сделали мой портрет? Из снега. Теперь моя очередь.

        -- Ну что ж... око за око, понимаю...

        Волнуясь, принялся я за  набросок, и он неожиданно заладился. Чуковский получался значительным, было сходство. Я  решил дома довести этот  портрет в акварели  или  пастели  и  с  натуры  расписал цвет,  как  это делают иногда художники. На лбу написал "охра", на носу -- "белила"  и т.  п. Рисунок этот показывать Корнею  Ивановичу не  хотелось.  Ну какой  дурак-художник покажет портрет, в котором на лбу написано "охра", а на носу -- "белила"?

        Время  оставалось,  и я  принялся  за  второй  набросок.  Второй  пошел странно.  К  сожалению, Чуковский выходил на нем  каким-то "сердитым". Этого эффекта я никак не добивался, эффект вылезал сам по себе. Показывать рисунок тоже было нельзя.

        Я  принялся за третий,  который  пошел корявей всех, нервно пошел. И уж очень он  был  "старательный".  Я  знал,  что  рисунок  обязательно придется показать. Должна же модель в конце концов увидеть, что там чиркает художник. А вдруг это что-нибудь вроде "нюхателя"?

        -- Все? -- спросил Корней Иванович.-- Покажите.

        Я  показал  третий  набросок.  Он  все-таки  получился,  и  мне  чем-то нравился.

        --  Это  надо  уничтожить,--  твердо  сказал  Чуковский,  посмотрев  на рисунок.

        Я  растерялся.  Такого могучего  подхода к делу  я от модели  никак  не ожидал. Царь джунглей!

        -- Жалко,-- сказал я.

        -- А все-таки надо.

        -- Что -- не похож? Или в нем нет крови?

        -- Слишком много.

        -- Ладно,-- сказал я,-- я потом рисунок выброшу.

        -- Да ведь кто-нибудь подберет.

        -- Никто не подберет, я хорошенько выброшу.

        -- Обязательно кто-нибудь подберет.

        Я разорвал рисунок и осколки его выбросил в корзину для бумаг.

        -- Вот это правильно,-- сказал Чуковский.

        Он совершенно не заметил, что я уношу в клюве, то есть в папке, еще два рисунка. Он-то думал, что я все  эти полчаса рисовал одну картинку. Конечно, в 1966 году я был глуп  самым серьезным образом, но не до  такой же степени! Нет,  у меня оставалось кое-что в запасе, и особенные надежды возлагал  я на портрет, где на лбу было написано "охра", а на носу -- "белила".

        --  А  помните,  как  я сказал: "Слушай,  Дерево"?  Заметили, какое это дерево?

        -- Сосна.

        --  Это  -- необыкновенная сосна. Это -- Переделкинская Сосна. Ее любят все  писатели.  Не только  я,  а  вот и  Катаев.  Но от  Катаева она  только принимает поклонение, а мне отвечает взаимностью.

        -- Еще бы, ведь вы -- Царь джунглей.

        --  Царь  джунглей  этот  лев,--  сказал  Корней  Иванович,  кивнув  на английскую игрушку.

        -- Вряд ли, настоящий царь не скажет: "Я --  царь джунглей", он скажет:

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту