Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

75

        Здесь, читатель, я должен сказать, что Борис Викторович в рот спиртного не брал  никогда в жизни, даже не пробовал. Это пишу не для того, что сейчас модно  не пить. Это -- правда. Чокнется с нами, если пристанем: "Ух, крепка, забориста",-- а не выпьет. Нас, впрочем, не осуждал никогда,  а в  назидание читал на память из "Устьянского правильника" -- рукописной книги XVIII века:

        -- Пьянство у доброго мастера хитрость отымает, красоту ума закоптит. А скажешь: пьянство ум веселит,-- да ведь так, и кнут веселит худую кобылу.

        Вдруг  пришел странный  человек.  В очочках.  Его  звали  Роман. Он был скрипач и пианист.

        --  Давай, Миша,  сыграем,-- сказал  Роман.--  Мы  ведь  с тобой старые лабухи.

        Стали  строить  контрабас к роялю, у соседей  нашлась гитара, стали  ее строить к контрабасу.

        Долгий,  долгий вечер играли мы втроем "Брызги шампанского", "На сопках Маньчжурии", "Грустный бэби", "О, Сан-Луи". И пели!

        Борис Викторович слушал нас  и  смеялся и  никогда не  сказал,  что  мы играем что-то  чуждое  ему.  Он радовался, если у  нас получалось.  По  всем законам  песенного  времени    и  пространства    Борис  Шергин  --  последний исполнитель тысячелетних былин  -- должен был сказать: "У нас на Севере поют не так".

        -- Хорошо,-- радовался он.-- Как у нас на Севере.

        Долга сидели мы, и вечера не хватило. Прихватили ночь -- все расстаться не могли...

        ...А дни, как гуси, пролетали.

        Отпевали  Бориса  Викторовича  в  церкви  Михаила Архангела.  Меншикова башня. На Чистых прудах.

        Из  литераторов, помню,  были  Юрий  Галкин, Владимир  Глоцер, Владимир Сякин. Единственным членом Союза писателей оказался я.

        Горько плачущая пожилая женщина -- вдова художника Ивана Ефимова -- все добивалась, есть  кто из  Союза писателей. Глоцер указал  на меня. Не  знаю, зачем он  решил так  меня  наказать.  Женщина, не  видящая  ничего от  слез, накинулась на меня, ничего не видящего:

        -- Я хочу выразить  свое возмущение! Умер замечательный писатель, а где ваш Союз?

        Спасибо Мвша вступился:

        -- Это друг, а не представитель.

        -- Голубчик, простите,-- говорила Ефимова,-- но так обидно, нет никаких представителей.

        "Да зачем они здесь?" -- думал я.

        Человек в клетчатой кепке  подогнал  "Москвича" к дверям церкви,  вынул венок от Детгиза, снял кепку, внес  венок в  церковь,  вышел  обратно, надел кепку, сел в машину и уехал. Это было единственное официальное явление.

        Был пасмурный промозглый  день. Шел мерзлый дождь.  Могильщики вызывали ненависть.  Речей никто  не говорил,  все молча прощались, глядя на дорогое, неземное теперь лицо.

        "Придет день воскресения, яко  светлое утро",-- прочитал  я

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту