Коваль Юрий Иосифович
(1938—1995)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

77

Вдруг  я  вошел  в подъезд.  Остановился перед  коричневой  дверью и увидел обрезанные  звонки. Видали вы? Кнопка  еще  торчит на косяке,  а  провод перерезан  -- звоните в небо... Я вышел вон, как-то позабыв, что существует метод стука в дверь.

        Зашел и в другой раз, твердо и долго колошматил в дверь, наконец открыл ее какой-то мальчик. Открыл дверь и отбежал в сторону. Перепуганно глядел он на меня из  глубины коммунального коридора. Я  не  знал, что  делать, и тупо спросил:

        -- Где мама?

        -- На работе,-- ответил мальчик, и я вылетел из подъезда.

        Зачем ходил, зачем пугал детей? Нельзя, наверное, так бездарно  бродить по квартирам из чужого времени.

        Читатель станет смеяться,  но все-таки я зашел  туда и в третий  раз. И опять был асфальтовый день, и долго не открывали, но хотя бы  кричали  через дверь: "Кто?"

        Открыла женщина, охваченная стихией стирки.

        -- Здесь жил писатель Борис Шергин,-- сказал  я.-- Скажите,  кто-нибудь живет сейчас в его комнате?

        Она не понимала ничего, никак не могла выйти за пределы мыльной пены.

        Объявился какой-то дальний жилец.

        -- Да ведь  это Екатерина  Алексеевна,-- сказал он.--  Идите в квартиру двенадцать.

        Поднимаясь на другой этаж, я понял, что иду к вдове Михаила Андреевича.

        Екатерина Алексеевна  открыла  мне и  вдруг  меня узнала --  и обо  мне слыхала, и книжки мои читала. Этого я никак не ожидал.

        -- Где же корабль? -- спросил я.

        -- Здесь корабль, здесь.

        Сидя на кухне, я успокаивался, что корабль на месте.

        Появилась  ее дочь Лариса, которой я хотел было объяснить  про корабль, да  она  оказалась аспиранткой  Литинститута  и защищала  диплом  по Степану Писахову. Вот тебе и мои знания про корабль!

        Заварили и чай с травками.

        -- В комнаты Бориса Викторовича,-- рассказывала Екатерина Алексеевна,-- так никого и не поселили. До сих пор  стоят  там шкаф и рояль. А  сейчас дом забирает какое-то министерство, вот мы и ожидаем, когда выселят.

        Какое министерство? Когда заберут? Что  будет с домом?  На  эти вопросы ответить, конечно,  я пока не могу. А по Рождественскому ходить стало легче. Все-таки теперь  известно,  что  здесь живут люди,  преданные  памяти Бориса Шергина, и чай они с травками пьют, и про корабль знают.

        Никак не могу расстаться с этой рукописью, которая, по сути дела, давно уж кончилась.

        Наверное, чтоб затянуть работу, я поехал в Хотьково. Был август. Жаркий полдень. В речке Паже молодые люди купали большую черную собаку. Остановился с ними поболтать.

        Про Шергина спрашивать их не стал, чтобы не огорчаться. Поговорили мы с минуту, и я пошел дальше.

        Тропинка,  ведущая на бугор, справа  и  слева была обсажена

 

Фотогалерея

Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль
Юрий Иосифович Коваль

Статьи






























Читать также


Детская проза
Рассказы
Фильмография
Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту